Поиск по сайту
Авторизация
Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?

Вступи в Союз

PG-kobchik.jpg

Rozhdest-uchety.jpg

BG.jpg

Систематическая галерея
baner_Sturman.gif
agrol.jpg


 



История одного стрижа

История одного стрижа
2013-07-10-0124
Дата публикации: 22.07.2013
Источник: Союз охраны птиц России
Проголосуйте за новость
(Голосов: 18, Рейтинг: 3.89)


Жизнь нашего стрижонка начиналась так же, как и у всех прочих его сородичей. В положенный срок мама-стрижиха отложила и высидела яйцо, а потом вместе с папой принялась выкармливать юного отпрыска...

Остается только догадываться, что случилось потом. Может быть, стрижонок испугался грозы и, заметавшись, вывалился из гнезда; может, виной тому был не страх, а излишнее любопытство. Факт тот, что после сильного ливня сотрудница близлежащего отделения Банка Москвы  подобрала лежащего на земле маленького черного птенчика. Его крылышки были еще совсем коротенькими, перья наполовину скрывались в защитных трубочках. Но он был жив и вполне здоров. Только вот вернуть его в гнездо – и даже найти это гнездо – не представлялось возможным.

Что с ним делать дальше, в банке не знали. Собственно, не знали даже, что это за птица. Судьбу птенца решил звонок в Союз охраны птиц России: меня отправили разобраться, и вскоре я неожиданно для себя оказалась приемной мамой стрижонка двадцати двух или двадцати трех дней от роду. Попав мне в руки, а точнее – на безрукавку, птенец первым делом залез мне на плечо и спрятался под волосами, видимо, посчитав, что так безопаснее.

2013-07-03-0110

Теперь нужно было обустраивать его жизнь. С апартаментами вопрос решился быстро: небольшая коробка от «программы для похудения» идеально подошла  на роль стрижиного дома. На дно поместили картонку, изогнутую небольшой ступенькой и обернутую мягкой тряпочкой. Прикрытая крышка с отверстиями для вентиляции позволяла птенцу чувствовать себя комфортно. До того он сидел в открытой коробке, и там ему было неуютно: при первой возможности он норовил выбраться и залезть под ближайший шкаф.

Первым делом птенца напоили, капая воду сбоку на клюв из шприца со снятой иглой. Сначала стрижонок с готовностью сглатывал воду, потом стал отворачиваться – напился. А затем встал вопрос кормления. И это был главный вопрос.

В природе стрижи выкармливают птенцов комочками из насекомых, слепленных вместе клейкой слюной. Завидев родителя, птенцы раскрывают клювы, выпрашивая корм. К сожалению, я нисколько не похожу на стрижиху, да и комочки из насекомых мне взять было неоткуда. Словно назло, в округе не летало ни единой мухи, да и в любом случае я бы не смогла их наловить в количестве, достаточном для стрижиного пропитания. Зоомагазины тоже не радовали: в абсолютном большинстве живые корма отсутствовали как класс, а нужные мне сверчки с тараканами – и подавно. В общем, приходилось приучать птенца к заменителю.

Прошерстив интернет, я остановилась на следующей смеси: мясное пюре «Агуша» без соли и без крахмала (говядина или говядина с языком), обезжиренный творог максимально сухих сортов и дафнии – рыбий корм «Дафния Магна». Все составляющие смешивались примерно в равных частях, дафний я старалась сыпать побольше. Также я добавляла в смесь по две таблетки глюконата кальция, истолченные в порошок, и – время от времени – несколько капель препарата «Гамавит».

Из смеси я делала шарики размером с лесной орех, которые выкладывала на салфетку и так оставляла в холодильнике на ночь, чтобы салфетка впитала лишнюю воду. Потом перекладывала их в баночку с завинчивающейся крышкой. Пойманных насекомых, а также брюшки сверчков, которых мне все-таки удалось раздобыть однажды, я «упаковывала» в эти же шарики. Одного шарика хватало как раз на кормление.

Но, конечно, в первый момент у меня под рукой оказались только «Агуша» и довольно посредственный творог из соседнего магазина. Смешав их и подогрев эту жидкую кашу до чуть теплого состояния, я залила ее в шприц и приступила к кормлению. Завернув стрижонка в салфетку, чтобы не повредить оперение, я принялась открывать ему клюв, чтобы вложить туда носик шприца с едой.

Как и следовало ожидать, юный стриж не понимал, что происходит, и был совершенно не в восторге от процедуры, демонстрируя это всеми силами – надо заметить, весьма немалыми для существа такого размера. Я быстро убедилась, что для кормления сопротивляющегося птенца надо иметь как минимум три руки: одна его держит, другая открывает клюв, а третья запихивает туда корм. Шприц на этом празднике жизни оказался весьма неудобным: плотный пищевой шарик заметно проще засунуть в клюв, да и на естественный корм он походит больше. Проблем с проглатыванием еды у нас не возникло: похоже, стрижонок оценил ее вкус и, коль скоро она попадала ему в рот, глотал с готовностью.

В дальнейшем я всячески старалась убедить птенца в том, что еду неплохо бы брать самостоятельно. Не спеша открывать ему клюв силой, я водила комочком пищи по его кончику, заставляя почувствовать вкус и понять, что это еда. Постепенно эти усилия принесли плоды: если первые кормления у нас занимали минут по сорок, то вскоре интервал сократился до двадцати, потом до десяти, к исходу которых стрижонок открывал-таки клюв. А уже через день он окончательно разобрался, что к чему, и теперь сам хватал пищевой шарик, едва я подносила его к клюву, и тут же проглатывал, трепеща крылышками от усердия. Теперь мне уже не требовалось всякий раз извлекать его из коробки, и процесс кормления приобрел естественные очертания, к вящему  обоюдному удовольствию.

Я кормила стрижонка 8-10 раз в день, каждые полтора-два часа с 8 утра до 11 вечера, предварительно согревая пищевой шарик в ладонях или кладя на 3-4 секунды в микроволновку. По утрам проголодавшийся за ночь птенец буквально вскакивал мне навстречу с раскрытым клювом, едва я открывала коробку; в течение дня он вел себя более степенно, а к вечеру, наевшись, вполне мог и отвернуться, давая понять, что сыт. Едва питание было налажено, он совершенно утратил интерес к воде; я не настаивала, понимая, что ему вполне хватает влаги, содержащейся в корме.

Разумеется, мне приходилось уделять пристальное внимание и другому концу стрижа, в том числе затем, чтобы удостовериться, что с его пищеварением все в порядке. Проблем не было: стрижонок регулярно выдавал помет, однородный, черно-белый и, как у всех порядочных птенцов, упакованный в тонкую пленочку-капсулу. Это позволяло аккуратно удалять его с подстилки, а саму подстилку менять всего один раз в день. Интересно, что стрижонок никогда не пачкал ступеньку-возвышение, перебираясь туда, если находил, что на «нижнем этаже» стало грязно.

Все эти хлопоты были не слишком обременительны, но птенца приходилось весь день держать при себе. В итоге ему пришлось изрядно попутешествовать задолго до подъема на крыло. В своей коробке он регулярно катался со мной на работу, стоически перенося шум метро, и даже съездил на поезде в соседнюю область. Транспорт ему явно не нравился, но это никак не сказывалось на его аппетите и росте.

А рос питомец как на дрожжах. По утрам я стряхивала с подстилки целые россыпи обломков перьевых трубочек. Крылья и хвост буквально на глазах становились длиннее, тело приобрело изящные очертания взрослой птицы. К исходу первой недели нашего с ним общения стрижонок стал иногда тихонько попискивать – до того я не слыхала от него ни звука.

Поведение юного стрижа можно смело назвать образцовым. Он тщательно ухаживал за своим оперением, никогда не метался в коробке и не капризничал, но при этом всегда умудрялся дать понять, что ему нужно в данный момент. Похоже, он отличал меня от прочих людей: во всяком случае, когда я брала его в руки, это не вызывало у него никаких возражений, зато на прикосновение чужака он реагировал явным неудовольствием, а то и агрессией, приподнимая крылья и припадая ко дну коробки в угрожающей позе.

У него была занятная привычка лазать хвостом вперед, когда его сажали на одежду или на кресло. По мере взросления он постепенно утратил стремление прятаться в темные уголки; напротив, стал активно выглядывать из своей коробки, с интересом осматриваться по сторонам. Миновала еще неделя, и стрижиные перья выросли окончательно, полностью освободившись от трубочек-чехликов. К этому моменту у стрижонка проснулся повышенный интерес к своим крыльям. Он постоянно шевелил ими, перекладывал, раскрывал, насколько позволяла коробка. Едва его из нее вынимали, он незамедлительно приступал к физическим упражнениям: растягивал крылья, напрягал, расслаблял, повисал на краю ладони, крыльями удерживая равновесие... Иногда он принимался крупно дрожать, разогревая мышцы, будто самолет, прогревающий двигатели перед стартом.

День или два он демонстрировал зверский аппетит, поглощая, кажется, раза в полтора больше нормы. Но сразу после этого его потребность в пище резко сократилась: теперь он съедал за день от силы четыре шарика.

Изменился у него и помет, утеряв оболочку-капсулу и став таким же, как у взрослой птицы. Это повлекло известные неудобства: пару раз стрижонок пачкал хвост и кончики крыльев, прежде чем я успевала навести порядок. Приходилось осторожно смывать безобразие теплой водой.

О своей готовности к вылету юный стриж проинформировал, самостоятельно выбравшись из полузакрытой коробки и отправившись обследовать кухню. Когда мы его нашли, он гордо восседал в мусорном ведре. Потом весьма ловко вылез наверх по венику и многозначительно посмотрел на меня. Я вернула его обратно в коробку. Ненадолго – всего до вечера.

По моим подсчетам, шел 41 или 42 день его жизни. Его оперение было в идеальном состоянии, а настроение – вполне боевым. Повезло и с погодой: умеренный теплый ветер и легкие облака. Ближе к закату я вышла на открытый зеленый склон дренажного водоема, вынула стрижа из коробки и подняла на вытянутой руке.

Он все проделал «точно по инструкции»: осмотрелся, облегчил кишечник, немного подрожал, разогревая мышцы, повернулся клювом к ветру. Ему было определенно страшновато сделать последний шаг и взлететь, но я качнула ладонью, и стриж решился – сорвался с моей ладони и полетел.


2013-07-15-0145.JPG 2013-07-18-0164.JPG

В самый первый момент он сделал ошибку, и, пролетев метров пять, шмякнулся на асфальт, раскрыв крылья. Я побежала к нему, но не успела протянуть к нему руку, как он подпрыгнул, снова взлетел, набрал скорость, потом высоту и скрылся за гаражами. Больше я его уже не видела, но точно знала, что в небе стало одним стрижом больше.

Моя миссия была выполнена. Стриж вырос и улетел, и, скорее всего, в дальнейшем с ним все будет благополучно. Правда, я до сих пор еще просыпаюсь с мыслью о том, что надо кормить птенца, ищу взглядом его коробку, а мух с комарами рассматриваю сугубо с гастрономической точки зрения...

Заключая это повествование, я могу сделать вывод, что выкормить птенца стрижа на самом деле не так уж и сложно, а общение с ним доставляет бездну удовольствия. И если возникнет такая необходимость, вы тоже сможете это сделать – и спасти стрижиную жизнь.

Елена Чернова, фото их архива Союза охраны птиц России

Обновлённая инструкция по  выхаживанию птенцов стрижей

Forum.jpg
 
Fotogallery.jpg

LEP.jpg

Literat.jpg

KOTR.jpg

KOTR_karta.jpg

Blogi.jpg


© 2003-2021 Союз охраны птиц России
Создание сайта - Infoday Media